Министерство культуры Забайкальского края

 

 
Драматический театр Забайкальского края
 
 

Евгений Нимаев: "Отвергая – предлагай"

Всех поклонников театра в ближайшее время ожидает волнующее и торжественное событие — обновлённый Забайкальский краевой драматический перелистнёт страничку своей славной истории. В связи с этим на страницах газеты "Читинское обозрение" мы открываем новую рубрику под названием «НАШИ-театральные», дебютантом которой сегодня стал актёр театра Евгений Нимаев.

Первое, что бросается в глаза при знакомстве с Евгением Нима­евым, это его неуёмная энергия. Такие люди неизбежно привле­кают внимание других, им нуж­но постоянно находиться в гуще каких-то событий, действовать. Окружающие реагируют на их энергию и идут за ними. Хорошо, когда эта энергия несёт в себе положительный заряд, как в случае с нашим героем. Именно театр стал для него тем местом, где его сила востребована и дарит радость дру­гим людям.

Пацан из КСК

Когда-то, в начале девяностых, пацан из посёлка Текстильщи­ков толком и не представлял себе, что такое театр. В те трудные годы многим было не до искусства, а уж тем более мальчишкам, которые носились по стройкам, проводили свободное от учёбы время в подъ­ездах с гитарой.

У меня было нормальное со­ветское детство, из которого я вынес так пригодившиеся мне во взрослой жизни уроки, — рассказы­вает Евгений. — Повлияла на моё становление и армия. Те, чья мо­лодость пришлась на лихие девя­ностые, помнят, какое это было сложное время. Будучи студентом, я подрабатывал охранником в ноч­ном баре, нужно было как-то зара­батывать на жизнь. Отдежуришь до четырёх утра, а потом на ре­петицию. Чего только не было — и драки, и разборки. Неизвестно, как сложилась бы моя жизнь, если бы судьба не привела меня в наш театр, где первым моим художе­ственным руководителем стал Ни­колай Алексеевич Березин. Радует, что обновлённый Забайкальский драматический будет носить его имя. В театре и сейчас, при Юрии Ивановиче Пояркине, главенству­ют березинские принципы — по­казывать только светлое, доброе, нравственное. Думаю, по-другому и нельзя. Я сам когда-то подспуд­но, а теперь уже сознательно, тя­нусь к этому. Если ты будешь пока­зывать мракобесие, то неизбежно станешь неугоден ни Богу, ни лю­дям. Миссия театра — вызывать в людских душах отклик, заставлять их думать.

По словам Евгения, ему всегда было присуще обострённое чув­ство справедливости, в ранней молодости имевшее форму юно­шеского максимализма. Помогло вовремя сказанное слово:

Когда-то я услышал от одного человека такие слова в свой адрес: «Женя, что ты распыляешься на­прасно? Отвергая — предлагай». И тут, как говорится, я присел. Всё это ко мне пришло, конечно, не в одночасье, тем не менее я до сих пор стараюсь следовать упомяну­тому принципу и долго обдумывать свои планы.

Под «крышечкой чайника»

Идея Нимаева с постановкой моноспектакля когда-то была вы­ношена таким же образом. Его де­бютной работой в этом жанре стал спектакль «Сороковые-роковые», приуроченный к семидесятиле­тию Великой Победы. Как призна­ётся сам актёр, этот замысел зрел в нём лет десять:

У меня было множество со­мнений по поводу реализации этой идеи. Я долгое время ни с кем не де­лился планами, репетировал за ру­лём автомобиля или ночью дома. Возникали опасения, что не смогу заинтересовать зрителя, а коллеги по цеху подумают, что я выскочка. Но в голове всё кипело, и, когда, как говорится, из-под «крышки» уже начал идти пар, я всё же решился, следуя принципу «Боишься, не делай, а раз делаешь, то не бой­ся».

Терзания Евгения можно понять без труда, ведь моно­спектакль — это огромная ответственность для артиста, когда час, а то и полтора нуж­но работать одному и при этом удержать зрителя, от начала и до конца сохраняя накал и от­пустив только в финале. Ведь здесь нет присущих обычной пьесе этапов развития сюжета, а есть только чёрные кулисы, актёр и его гитара. До сих пор Евгений благодарит Бога за то, что тогда всё получилось, спектакль имел потрясающий успех и вслед за этим ему ста­ли поступать просьбы о повто­рении спектакля.

В тот момент я всё по­ставил на карту, для меня это была своеобразная проверка на вшивость: смогу ли? Эмоцио­нальный накал зашкаливал. Я всегда стараюсь видеть свое­го зрителя, не отгораживаясь от него стеной, поэтому если бы в тот момент я наткнулся бы взглядом на скучающие лица, для меня это был бы провал, — признаётся актёр.— Или кто-то подошёл после спектакля и сказал бы: «Ну, в принципе, ни­чего». Тут же просто кожей чув­ствуешь обман. Поэтому, когда всё удалось, меня буквально про­било. Со временем пришёл опыт и постановки, и владения ауди­торией.

На вопрос о том, почему мо­носпектакль был поставлен именно на военную тематику, Евгений отвечает:

В эту годовщину Победы как-то особенно активно сверху посыпались указания о проведе­нии мероприятий о войне, мно­гие из которых, к сожалению, организовывались для галочки. Меня коробило, когда некото­рые молодые люди выбрасыва­ли георгиевские ленточки, тогда массово выдаваемые на улицах. И мне до боли захотелось доне­сти до молодёжи ту правду о во­йне, которую так помнит ещё моё, пограничное, поколение. На класс­ных часах мы встречались с вете­ранами, слушали их, раскрыв рот, знали их всех в лицо, здоровались, интересовались их делами. Мы ду­мали о событиях, о которых они нам рассказывали, анализировали их, пропуская через себя. Так в нас воспитывался настоящий, не ис­кусственный патриотизм. Именно желание донести ту самую, мою, правду о войне, какой я её себе пред­ставляю, и заставило меня поста­вить этот моноспектакль. К сча­стью, он понят зрителями, среди которых были и молодёжь, и стар­шее поколение.

«В ней нет ничего лишнего»

Наши земляки, следящие за творчеством Евгения Нимаева, знают его и по ежегодным концер­там, на которых он исполняет пес­ни Владимира Высоцкого, Виктора Цоя, Игоря Талькова. Как призна­ётся сам актёр, идея проведения таких концертов не давала ему покоя уже давно. Когда Союз театральных деятелей одобрил про­ект, к нему подключились другие люди, и так в театре несколько лет в день рождения Владимира Вы­соцкого проводились эти концер­ты.

Многие согласятся со мной в том, что песни Владимира Семё­новича мало кому удаются, лич­но у меня неуклюжее исполнение его репертуара вызывает протест. Высоцкий в исполнении Нимае­ва звучит естественно, логично и не наигранно. По признанию Ев­гения, он не старается подражать Высоцкому, просто по-другому он не звучит. И с этим трудно не со­гласиться.

На творчестве этих музыкан­тов формировалось моё мировоз­зрение, — рассказывает мой собе­седник. — Поэзия их очень точная, она близка мне. В ней нет ниче­го лишнего, каждое слово бьёт в «десятку». Их тексты вполне мо­гут стать пособием по философии. Сейчас, к сожалению, концерты приостановлены ввиду введённых ограничений, но очень хочется на­деяться, что в обновлённом теа­тре мы возобновим их проведение. Думаю, их будут слушать всегда, это классика. Я часто ловлю себя на мысли о том, что не понимаю, о чём поют современные исполните­ли. Разве можно с этим выходить на сцену?

«Домашняя работа», которая в голове

Каким должен быть актёр теа­тра? По мнению Нимаева, в пер­вую очередь, думающим.

Понятно, что в театраль­ном процессе главенствует режис­сёр, который за всё отвечает. Но и актёр, поняв его замысел, тоже должен думать, в первую очередь, это «домашняя работа», которая должна происходить в голове. Рабо­та актёра — это не просто выйти на сцену и сказать текст, зритель с таким же успехом сам прочтёт пьесу и в своей голове сыграет её. Он приходит в театр за эмоциями. И если он аплодирует после спекта­кля, то, не дай Бог, по поводу того, что действо наконец-то закончи­лось. Тут важно увидеть другое. Если это есть, то ты не зря ешь свой хлеб. Не совсем согласен с вы­ражением, что нет маленьких ро­лей. Это так, для красного словца. На самом деле актёр вырастает из весомых и думающих ролей. И всег­да хочется таких, чтобы, как гово­рится, на душе прокатиться. Что касается меня, пожалуй, такими для меня стали роли Емельяна Пу­гачёва и Евгения Онегина. Несмо­тря на то, что не было внешнего сходства ни с одним, ни с другим, внутренне это мои роли, — гово­рит Нимаев.

Безусловно, каждый актёр в роль привносит что-то своё, и опытный и мудрый режиссёр уме­ет это увидеть и оценить. Нимаев говорит:

Мне очень повезло, что мы с Николаем Алексеевичем Берези­ным, можно сказать, были на од­ной волне. Некоторое время я даже обижался на него, почему во время «разбора полётов» после репети­ции он не делает мне замечаний. Вот сидишь и думаешь, правиль­но ты сделал или нет. Помню, как года за два до его смерти, когда Лёша Тебеньков ставил пьесу «Не­доросль», Николай Алексеевич подо­шёл ко мне, так по-отечески обнял и сказал: «Да сделаешь…». И тут у меня буквальным образом выросли крылья — да, он мне доверяет.

Гордеев-Димов-Нимаев

Не так давно Евгений Нима­ев возглавил студенческий те­атр ЗабГУ «Странник». Совместно с ребятами было решено начать с постановки пьес забайкальских авторов. Свой выбор остановили на романе Александра Гордеева «Молодой Бояркин».

Я был дружен с Александром Николаевичем, мы вместе рабо­тали, — рассказывает Евгений. — Взяв за основу его роман, при­правив его «вкусными» момента­ми из произведений ещё одного за­мечательного земляка-писателя Олега Димова и добавив множе­ство своих моментов, я написал пьесу, которую назвал «Гордыня». Колоссальную помощь в этом мне оказали студенты, которые так­же загорелись этой идеей, и кото­рым я очень доверяю. Это история о человеке, решившем взять жизнь в свои руки, обуздать её и, заменив Бога, собственноручно давать лю­дям радость, счастье и всё, что они пожелают. В итоге — полное разо­чарование и раскаяние. Пьеса бук­вально на днях вышла из-под пера, и я надеюсь, что в ближайшее время мы её поставим.

«Арию я начал вовремя»

В разговоре Евгений сетует на нехватку времени, на реализацию всех идей, которые кипят «под крышечкой чайника».

Как отцу семейства, ему прихо­дится немало времени уделять и детям, и своей любимой жене Оль­ге, которая уже давно приняла на себя роль первой ценительницы произведений Евгения. Немалую часть его душевных сил и времени занимают благотворительные ак­ции, участником которых он ста­новится благодаря своему таланту. По признанию актёра, «путевод­ной звездой» в этом направлении для него давно стал забайкальский писатель Валерий Попов, кото­рый занимается всеми организа­ционными моментами и, по при­знанию Евгения, является для него примером бескорыстия и предан­ности свое­му делу.

Вале­рий Викто­рович явля­ется ярким приме­ром того, как нуж­но жить. Этот не­равнодуш­ный к жиз­ни человек в своё время помог мно­гим писате­лям-земля­кам издать свои кни­ги, направ­ляя письма в разные инстанции, в их числе и наш замечательный автор Борис Ма­каров, и любители-литераторы из Атамановского дома престарелых, и другие, — говорит актёр.

Евгений Нимаев из той когорты людей, общение с которыми не напрягает, а приносит удоволь­ствие. Заслуживает уважения и столь редкое в наши дни каче­ство, как умение посмеяться над собой. Он рассказывает:

В работе любого актёра слу­чаются так называемые внеш­татные ситуации, и я не исклю­чение. Классикой жанра для меня остаётся спектакль «Моя пре­красная леди», когда я, влюблён­ный в героиню, должен был про­изнести слова: «Мисс Дулиттл дома?», подарить цветы и начать арию. Выйдя на сцену, я с ужасом осознаю, что забыл имя «возлю­бленной», а музыка уже пошла. Я произношу фразу: «Дома?» Ответ от актрисы, играющей служанку, был неожиданным: «Кто?»… Могу сказать, что арию я начал во­время и всё обошлось. Я очень лю­блю наш театр и благодарен всем моим неравнодушным коллегам.

Пожелаем же Евгению Нима­еву успехов, чтобы у него всегда всё было вовремя и в «десятку».

 

Автор: Екатерина Скороход

Источник: «Читинское обозрение» №48 (24 ноября 2021)

Добавить комментарий


Яндекс.Метрика